Я забуду тебя, Итан  - Уитни Джи

Я сильно сомневался, что Рэйчел когда-либо занималась сексом. Она все еще закатывала глаза, когда мне приходилось рассказывать ей о своих эскападах (только потому, что мои друзья в этот момент были недоступны, а меня распирало желание кому-нибудь выговориться), и, хотя я ее терпеть не мог, я все же не хотел, чтобы Глен был у нее первым.

Вторым? Возможно.

Первым? Ни в коем случае.

Я убедился, что мои жалюзи плотно закрыты и меня за ними не видно, и решил, что ничего не стану предпринимать, если только не пойму, что Рэйчел собирается пройти весь путь до конца.

Я видел, как Глен провел пальцами по ее волосам. Она засмеялась, когда он попытался прикоснуться к ней, и я совсем уже было уверился в том, что она так и останется навсегда жалкой неумехой, пока она не подалась вперед и не поцеловала его.

Глен засунул руки ей под рубашку, начал ласкать ей грудь, а Рэйчел при этом улыбалась ему, и ее губы почти касались его рта.

Я внезапно почувствовал ярость, но не совсем понял, почему. Рэйчел меня совершенно не привлекала, поэтому я решил, что чувство, сводящее меня сейчас с ума, – это злость из-за того, что на прошлой неделе Рэйчел показала моей маме, где в моей комнате Броуди спрятал сигареты.

Несомненно, я злился именно из-за этого…

В этот момент я заметил машину ее матери на подъездной дорожке и решил сделать то, что сделал бы на моем месте любой «заботливый друг».

Я: Здравствуйте, миссис Доусон. Я сейчас через улицу услышал громкий крик, доносящийся из комнаты Рэйчел. С ней все в порядке? Я знаю, что у нее ежемесячные сильные боли в животе…

Миссис Доусон: Ты такой хороший сосед, Итан! Я сейчас же обязательно пойду наверх и проверю, как там она. Спасибо тебе!

Последствия моего поступка не заставили себя ждать – я услышал их буквально через десять секунд. У мамы Рэйчел был самый громкий голос и самые обширные легкие в нашем квартале, поэтому мне даже не пришлось напрягать слух, чтобы услышать каждое слово:

– Как ты могла, Рэйчел Мэри Доусон? Проводить тайком мальчика в свою комнату? Ты что, совсем с ума сошла? Ты наказана! Бессрочно!

Я почти уже начал раскаиваться в своем стукачестве.

Пока не увидел в окно, как мама Рэйчел вытаскивает пачку презервативов из ящика ее стола.

Неужели она на самом деле собиралась заняться сексом с этим придурком?

Крики ее мамы не утихали в течение двух часов, и это было настолько ужасно и жестоко, что я решил больше никогда не проводить тайком ни одну девушку в свою комнату…

В тот вечер каждый раз, когда я случайно смотрел в окно на комнату Рэйчел, я видел, как она глазеет на меня из окна, подняв перед собой белую доску с написанным на ней проклятьем: «Иди к черту, Итан!»

Я собирался уже спросить ее, почему она не может просто включить телевизор, посмотреть очередную серию ужастика и оставить меня в покое, но заметил, что ее плоский экран исчез. Мать забрала телевизор в наказание сразу после скандала.

Тяжело вздохнув, я открыл окно и подтащил свой телевизор как можно ближе к краю.

Рэйчел оторвала глаза от стола, все еще сердито глядя на меня, но губы ее улыбались. Я увеличил громкость до максимума и увидел, как она взяла в руки бумажный стаканчик, который был на ее конце нашей импровизированной телефонной линии, установленной еще много лет назад.

– Итан? – позвала она.

– Да?

– Можешь еще немного повернуть экран в мою сторону?

Я послушался, чуть отклонив экран.

– Спасибо. – Она открыла пакет с чипсами. – Знаешь, Итан?

– Что?

– Я тебя ненавижу.